РусАрх

 

Электронная научная библиотека

по истории древнерусской архитектуры

 

 

О БИБЛИОТЕКЕ

ИНФОРМАЦИЯ ДЛЯ АВТОРОВ

КОНТАКТЫ

НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ САЙТА

НА СТРАНИЦУ АВТОРА

 

 

Источник: Радзюкевич А.В. Особенности построения храмов Владимиро-Суздальской Руси методом "по образцу". Рукопись депонирована во ВНИИТАГ Госкомархитектуры 17.04.89, № 764. Все права сохранены.

Размещение электронной версии в открытом доступе произведено: www.sibdesign.ru. Все права сохранены.

В электронной версии отсутствуют авторские красные строки.

Размещение в библиотеке «РусАрх»: 2006 г.

 

А.В. Радзюкевич

Особенности построения храмов Владимиро-Суздальской Руси

методом "по образцу"

 

Одним из спорных вопросов в изучении Домонгольской Руси, в частности Владимиро-Суздальской, является вопрос о пропорционально-метрологических закономерностях построения архитектурной формы древнерусскими зодчими. Трудность вопроса заключается в том, что не сохранилось почти никаких письменных источников информации, освещающих особенности построения архитектурных форм. Единственным таким источником является сообщение Киево-Печерского патерика о построении Великой Печерской церкви в Киеве. В нем сообщается, что при разбивке плана церкви использовалась мера длины - золотой пояс Шимона. Исходя из указаний патерика о том, что ширина и длина церкви равнялись соответственно 20 и 30 поясам Шимона, Б.А.Рыбаков и Н.В.Холостенко вычислили длину пояса - 1,08 м [ 1, 2 ] (примечание 1). Ширина центрального и боковых нефов (примечание 2) Печерской церкви оказались равными соответственно 8 и 6 таким поясам [ 3 ]. 
Особую важность представляет сообщение патерика о том, что Печерская церковь явилась образцом для первых храмов Владимиро-Суздальской Руси. Согласно патерику "...христолюбец Владимер взем меру божественныя тоя церкви Печерскыя, всем подобием съезда церковь в граде Ростове: в высоту, и в ширину, и в долготу, но и письма на хартии написав, идеже кийждо праздник в коем месте написан есть, сиа вся в чин и подобие сотвори по образу великоа тоа церкви Богознаменаныа. Сын же того Георгий князь, слыша от отца Владимира, еже о той церкви сотворися, и той во своем княжении съезда церковь во граде Суждале в ту же меру" [ 4 ]. Это сообщение кажется ряду исследователей сомнительным по той причине, что суздальский собор, судя по остаткам его стен, оказался по размерам явно меньше Печерской церкви, а ростовский собор вообще не сохранился до наших дней и, следовательно, нет достаточных оснований утверждать, что Печерская церковь действительно явилась образцом для этих храмов. Однако можно предположить, что формулировка "в ту же меру” не тождественна формулировке "всем подобием". По-видимому, имеется в виду не полное сходство всех размеров, а использование одной и той же меры, т.е. пояса Шимона. 
Прежде чем обратиться к размерам суздальского собора для проверки этого предположения, необходимо отметить, что сомнение у многих исследователей вызывает также сообщение патерика о создании собора именно Георгием - сыном Владимира Мономаха, т.е. Юрием Долгоруким. Во-первых, студя по материалам раскопок, существующий ныне белокаменный собор был поставлен, с небольшим сдвигом в южную сторону, на фундаментах собора, возведенного из плинфы во время княжения Владимира Мономаха. То есть первый собор в 
Суздале был возведен не Юрием Долгоруким, как утверждается в патерике, а его отцом Владимиром Мономахом [ 5 ]. Во-вторых, противоречит патерику сообщение летописи о том, что в Суздале, на месте разрушенного собора Мономаха, в 1222 году был заложен новый собор не Юрием Долгоруким, а его правнуком - Юрием Всеволодовичем [ 6 ]. 
Существуют, тем не менее, данные, подтверждающие сообщение патерика. Так, согласно летописи, в 1148 году, т.е. в период княжения Юрия Долгорукого, произошло вторичное освящение собора [ 7 ]. Это говорит о том, что собор был либо капитально отремонтирован, либо полностью перестроен до повторной перестройки в 1222 году. В пользу второго предположения говорят результаты исследований А.Д.Варганова и А.Д.Дубинина [ 8, 9 ], согласно которым нижняя 
часть существующего собора (в среднем до уровня аркатурного пояска) принадлежит собору, возведенному в 1148 году на остатках собора Мономаха. В 1222 году собор вновь был перестроен, но только на верхнем уровне (выше уровня аркатурного пояска). Основываясь на этом достаточно убедительном, на наш взгляд, предположении, проанализируем горизонтальные размеры остатков собора 1148 года, возведенного Юрием Долгоруким. В среднем ширина центрального и боковых нефов собора равна соответственно 6,6 и 4,5м. Эти размеры близки аналогичным размерам владимирского Успенского собора, заложенного Андреем Боголюбским в 1158 году. В нем центральные и боковые нефы равны 6,5м и 4,35м (примечание 3). Предполагалось даже, что владимирский Успенский собор был образцом для суздальского собора, однако результаты исследований Д.Д.Варганова и А.Ф.Дубинина говорят об обратном, суздальский собор был образцом для заложенного на 10 лет позже владимирского собора [ 10, 11 ]. 
Сопоставляя размеры этих соборов с размерами киевской Печерской церкви и с ее мерой - поясом Шимона, получаем, что центральный неф суздальского и владимирского соборов равен боковому нефу киевской церкви, следовательно они равны 6 поясам Шимона (1,08 х 6 = 6,48). Боковые же нефы суздальского и владимирского соборов близки по величине 4 поясам Шимона (1,08 х 4 = 4,32). Отсюда следует, что формулировка патерика "в ту же меру" подразумевает использование одной и той же меры - пояса Шимона, а не точное копирование всех размеров. 
Что же касается размеров первоначального суздальского собора, построенного Мономахом, то по археологическим данным имеется всего три размера [ 12 ]. Внутренняя длина бокового нефа равнялась 21,3 м, ширина нартекса - 4,3м, толщина стен - 1,7м. С помощью первого из этих размеров на основании соотношения в киевской Печерской церкви можно вычислить внутреннюю длину по центральному нефу. Ее длина достигала примерно 22,5м (21,3 х 32,95 : 31,25 = 22,46). Предполагая, что внутренняя ширина Мономахового собора как и в Юрьевом соборе равнялась 14 поясам Шимона, получаем, используя пропорцию 3:2, внутреннюю длину центрального нефа - 21 пояс Шимона или 22,6м, что хорошо согласуется с вычисленной выше величиной. Об использовании в Мономаховом соборе пояса Шимона говорит и размер ширины нартекса - 4,3м, равный, с высокой точностью, 4 поясам Шимона (1,08 х 4 - 4,32). Формулировка патерика "всем подобием созда церковь в граде Ростове: и в ширину, и в высоту, и в долготу” однозначно определяет все размеры ростовской церкви. Возможно, что эта церковь была той самой "чудной" дубовой церковью, сгоревшей в 1160 году, взамен которой на следующий же год Андрей Боголюбский заложил белокаменный Успенский собор - самый крупный по размерам во Владимиро-Суздальской Руси. Археологические данные об этом новом соборе чрезвычайно скудны. Судя по результатам раскопок и масштабному чертежу плана существующего, возведенного позднее, собора [ 13 ], можно установить, что внутренняя ширина белокаменного собора 1161 года равнялась примерно 19,6 - 19,7м. Разделив этот размер на 3, получаем размер 6,53-6,57м, близкий ширине центральных нефов суздальского Рождественского и владимирского Успенского соборов. Следовательно, можно предположить, что центральный и боковые нефы ростовского собора были приравнены 6 поясам Шимона (примечание 4). Это противоречит данным патерика о "всем подобии". Однако противоречия здесь нет, так как в патерике говорится о более ранней церкви, ширина которой, как и в киевской Печерской церкви равнялась 20 поясам Шимона. Размеры именно этой церкви, по-видимому, имел в виду автор жития Леонтия, когда говорил о малых размерах возводимого белокаменного собора [ 14 ]. Из этого же источника известно, что в процессе строительства первоначальный замысел был изменен и собор расширили [15] т.е. по первоначальному замыслу собор должен был иметь еще более меньшие размеры. Вероятно, в начале размеры собора устанавливались равными размерам суздальского и владимирского соборов т.е. центральный неф также равнялся 6 поясам Шимона, а боковые - 4. Отсюда расширение собора, отраженное в житии Леонтия, заключилось, по-видимому, в увеличении размеров боковых нефов от 4 до 6 поясов Шимона. Таким образом, если первые владимирско-суздальские храмы все-таки были построены "в ту же меру", что и киевская Печерская церковь, как это отмечено в Киево-Печерском патерике то, возникает вопрос, использовалась ли эта мера в других владимиро-суздальских храмах, и если да, то каким образом? 
Результаты целого ряда пропорционально-метрологических исследований показывают, что размеры большинства владимиро-суздальских храмов кратны метрологическим стандартам длины, отличным от пояса Шимона. По исследованиям К.Н.Афанасьева, в большинстве храмов использовались размеры, кратные греческому футу, равному 0,309 м [ 16 ]. А.Н.Чиняков и А.В.Столетов используют иную метрологическую величину, так называемый смоленский локоть, равный 0,62 м [ 17, 18 ]. Поскольку эта величина с большой точностью равна двум греческим футам (0,309 х 2 = 0,618), то результаты исследований А.Н.Чинякова и А.В. Столетова не противоречат результатам К.Н.Афанасьева. Выявленные всеми авторами пропорционально-метрологические закономерности почти во всех случаях с большой точностью соответствуют фактическим размерам памятников. 
Только при анализе размеров центральных нефов владимирского Успенского и суздальского Рождественского соборов К.Н.Афанасьев и А.В.Столетов допускают довольно крупную погрешность, равную 30 - 40 см. Фактические размеры этих нефов, как уже отмечалось, равны соответственно примерно 6,5 - 6,6м, однако они приравниваются 20 греческим футам [ 19 ] или 10 смоленским локтям, т.е. 6,18 или 6,2 м. К.Н.Афанасьев признал, что размеры нефа более точно соответствуют 21 греческому футу, т.е. 6,49м, но тем не менее, "круглый" размер в 20 футов кажется исследователю более обоснованным, так как этому размеру равны центральные нефы ряда храмов Киева, Чернигова и Новгорода, т.е. размер являлся как бы "типовым" [ 20 ]. Такое сопоставление выглядит вполне оправданным, однако приравнивание центральных нефов рассматриваемых соборов 21 футу позволит не только значительно снизить погрешность, но избежать противоречия с сообщением Киево-Печерского патерика о построении "в ту же меру" собора в Суздале. Центральный неф суздальского Рождественского собора, приравненный 21 футу, соответствует 6 поясам Шимона, а боковой неф, приравненный 14 футам - 4 поясам Шимона. Отсюда следует, что пояс Шимона с большой точностью равен 3,5 футам, а два пояса Шимона, приравненные Б.А.Рыбаковым косой древнерусской сажени [ 21 ] равны соответственно 7 футам. 
Данное предположение противоречит целому ряду исследований по исторической метрологии. Большинство исследователей считает, что сажень делилась на четыре локтя по шесть ладоней в каждом и соответственно на шесть футов по четыре ладони, т.е. полностью копировалась филетерийская система линейных мер [22]. Н.Т.Беляев, тем не менее, предполагает, что в начальный период существования филетерийской системы мер, т.е. в Ш в. до н.э., сажень делилась на четыре локтя, содержащие не шесть, а семь ладоней, и соответственно делилась на семь футов по четыре ладони [ 23 ]. Длина такого фута равнялась 31 см, а ладони- 7,7см, что совпадает с размерами фута и ладони греко-нонийской системы мер, возникшей в УШ-УП вв. до н.э., в некоторых поселениях Древней Греции [ 24 ]. По исследованиям Э.Шильбаха, фут, равный 0,31м, и сажень в семь таких футов составляли основу системы мер Византийской империи [ 25 ]. 
Об использовании на территории Древней Руси аналогичного фута, разделенного на четыре ладони, прямо говорят размеры "вавилона", начертанного на плите саркофага, обнаруженного при раскопках белокаменного храма XII в. в селе Василеве Черниговской области [ 26 ]. "Вавилон" состоит из трех вписанных друг в друга квадратов, стороны которых в среднем равны 7,6, 18,6 и 31,0 см. Первый и последний из этих размеров близки размерам ладони и фута греко-ионической системы мер. Другой, начертанный на глиняной плите, “вавилон” из Старой Рязани представляет собой чертеж "как бы трех букв “П”, написанных одна в другой и опирающихся на общую черту” [ 27 ]. Ширина их сторон равна 7,5, 10,7, 15,8 см. Первый и последний из этих размеров также близки размерам ладони и полуфута греко-ионийской системы мер. 
Следует отметить, что размер, равный 1/2 футам, в целом ряде реконструкций древних систем мер называется пядью [ 28 ]. Отсюда более логично было бы приравнять пояс Шимона не 3,5 футам, а 7 пядям, тем более, что число 7 занимало одно из важнейших мест в религиозных представлениях древних народов [ 29 ]. 
По исследованиям И.А.Бондаренко, меры, кратных футу, использовались при строительстве храмов Москвы ХУI в. Наряду с саженями, содержащими 5, 6 и 8 футов, применялась также, так называемая 
"государева" сажень в 7 футов [ 30 ]. 
Приведенные факты и результаты исследований косвенно подтверждают предположение об использовании строителями Владимиро-Суздальской Руси мер длины, кратных футу, в частности, семифутовой сажени и пояса Шимона, равного половине этой сажени или 7 пядям. 
Попытаемся, используя эти меры, произвести полный статический анализ основных размеров всех сохранившихся памятников архитектуры Владимиро-Суздальской Руси XII века. Собранная нами из различных источников обмерная информация наиболее полно отражает размеры ширины храмов, в том числе ширины их нефов, поэтому анализ придется ограничить сопоставлением размеров ширины нефов храмов 
(табл.1). Первое, что бросается в глаза при анализе размеров, 
сведенных в таблицу, это полное сходство размеров нефов у Спасо- 
-Преображенского собора в Переяславле-Залесском, церкви Бориса и 
Глеба в Кидекше и Дмитриевского собора во Владимире. В среднем, 
центральные и боковые нефы этих соборов равны соответственно 4,9 и 3,7м. А.В.Столетов приравнивает эти размеры соответственно 8 и 6 смоленским локтям по 0,62м [ 31 ], а К.Н.Афанасьев - 16 и 12 греческим футам по 0,309м [32] или, по терминологии Н.И.Болотина, греко-ионийским футам (примечание 5). Близкий по величине размер центрального нефа, при несколько большем размере боковых нефов, имеет собор Рождественского монастыря /4,95м/ и Успенский собор Княгинина монастыря /4,75м/, построенные во Владимире во время княжения Всеволода. Такой многократный повтор одного из ключевых размеров, конечно же, не похож на случайное совпадение. Многие исследователи отмечали "типовой" характер целого ряда храмов Владимиро-Суздальской Руси. Причем в некоторых случаях повторяются буквально все размеры. По исследованиям Н.Н.Воронина, копирование размеров берет начало с построения Спасо-Преображенского собора в Переяславле-Залесском, который явился точной копией галичского Спасского собора [33]. Этот факт рассматривается многими исследователями как веское доказательство того, что во Владимиро-Суздальской Руси работала группа галичских мастеров, привезших с собой готовый "типовой проект" (примечание 6) храма наряду с целым рядом технических новшеств. 
Определение размеров нефов приведенных храмов равными 16 и 12 футам не выглядит бесспорным. Центральный неф можно метрологически трактовать равным 10,5 локтям (0,466 х 10,5 = 4,9) или 14 футам царским (0,35 х 14 = 4,9). Данные трактовки обоснованы тем, что ширина центрального нефа, равная, как правило, внутреннему диаметру барабана и купола, должна быть величиной кратной семи единицам. Это связано с тем, что разметка круглых форм в ранние исторические периоды могла производиться только на базе целочисленной дроби 22/7, служившей достаточно точным заменителем числа “ ”. 
Если же проанализировать размеры оставшихся в таблице храмов, то можно обнаружить любопытною закономерность: центральный неф одного храма равен боковому нефу другого, более крупного храма, а боковой неф этого же храма равен центральному нефу более мелкого храма. Так, размер центральных нефов суздальского Рождественского и владимирского Успенского соборов равен размеру бокового нефа киевской Печерской церкви, и в то же время размер боковых нефов этих соборов совпадает с размером; центральных нефов юрьево-польского и владимирского Георгиевских соборов и боголюбовского Рождественского собора. В свою очередь, размер боковых нефов трех последних соборов совпадает с размером центрального нефа церкви Покрова на Нерли. 
Такая "типизация" храмов, по-видимому, была тесно связана с положением того или иного храма, которое он занимал в иерархии церковной власти. В пользу этого предположения говорят строки Киево-Печерского патерика: "Владимир... всем подобием съезда церковь в граде Ростове... сия вся в чин и подобие сотвори по образу..." [ 34 ], т.е. сохранение в новом храме всех габаритов означало, по-видимому, сохранение за этим храмом того же церковного "чина". Таким образом, все владимиро-суздальские храмы XII века, за исключением храмов, построенных по галичскому образцу, были построены в “чин” и “подобие” (табл.2). 
Каноничность "меры" и "чина", по-видимому, имела устойчивый 
характер на протяжении целого ряда последующих столетий. Это подтверждается на примере анализа размеров Успенского собора Московского кремля. Как известно из летописи, этот собор был построен по 
образцу владимирского Успенского собора. Так, митрополит Филипп и 
Иван III, задумывая постройку московского Успенского собора "всхотеша бо въздвигнути храм велик зело в меру храма пресвятыя Богородица иже в Володимери, ея же съезда благоверный великий князь Андрей Боголюбский Юрьевич,... по многу прежде видя того храма превелика зело и высока, преосвященный митрополит Филипп,... хотяше в ту же меру видети храм създати пресвятой Богородици на Москве..." [ 35 ]. Археологические раскопки подтвердили это сообщение - план собора 1472 г. возведенного зодчими Кривцовым и Мышкиным, достаточно точно следовал владимирскому образцу [ 36 ]. Через три года, вместо рухнувшего собора 1442 года, Аристотель Фиораванти возводит собор, размеры которого заметно превосходят размеры владимирского образца. По исследованиям И.И.Федорова, модулем для разбивки плана нового собора сложил размер, равный 4/3 центрального нефа владимирского Успенского собора [ 37 ]. Это есть не что иное, как размер центрального нефа киевской Печерской церкви /6,5 х 4 : 3 =8,66/. Следовательно, московский собор можно расположить на высшей ступени иерархической лестницы наряду с Печерской церковью. Сопоставление размеров этих памятников, на первый взгляд кажется неожиданным (примечание 7). Однако в данном случае мы имеем дело с любопытным явлением, которое условно можно назвать двойным отражением. Как известно из патерика, киевская Печерская церковь была образцом для суздальского Рождественского собора - двойника владимирского Успенского собора, который, в свою очередь, стал образцом для московского Успенского собора. Таким образом, Успенский собор 1475 года оказался сопоставимым по "мере" и "чину" с киевской Печерской церковью, а собор 1472 года - с владимирским Успенским собором. Дополняет этот ряд предположение, по которому первый московский Успенский собор, заложенный в ХIII веке (примечание 8), был построен по образцу юрьево-польского Георгиевского собора /38/.Такое расположение всех трех московских соборов на трех верхних степенях иерархической лестницы говорит о возрастающей роли Москвы в церковной 
и политической жизни Средневековой Руси. Сохранение "меры" и иерархии по "чину" в храмах, возведенных разными артелями и зодчими 
на протяжении нескольких столетий, можно объяснить ведущей ролью 
заказчика в определении основных размеров храмов. К приведенным 
выше выдержкам из письменных источников о сохранении "меры" во 
вновь возводимых храмах, необходимо добавить следующее сообщение 
Киево-Печерского патерика: "...сам князь /Святослав/ своими руками ров начал копать... и положил меру церкви /Печерской/ тем золотым поясом по гласу с небес" [ 39 ]. Этот отрывок говорит не только о компетентности князя в вопросах размерения плана "божественной мерой", но и простоте правил пропорционирования форм плана, что противоречит точке зрения ряда исследователей о "хитрых" профессиональных секретах зодчих [ 40 ]. 
Проведенный системный анализ размеров храмов Владимиро-Суздальской Руси (примечание 9) позволяет произвести следующую историческую интерпретацию, которая может служить исходной рабочей гипотезой для дальнейших исследований: 
I. Мерой для разбивки планов первых храмов Владимиро-Суздальской Руси, согласно сообщению Киево-Печерского патерика, служил пояс Шимона, равный 1,08м или 3,5 греко-ионийским футам. 
II. Выбор размеров нефов храмов осуществляется в строгом соответствии с "чином" храма: центральный неф меньшего по "чину" и, следовательно, по абсолютным размерам храма приравнивался боковому нефу более крупного храма. 
III. Правила определения основных размеров храмов были предельно просты, но каноничны и входили в компетенцию заказчика. 
IV. Строгое следование иерархическому правилу было нарушено 
артелью мастеров, прибывших во Владимиро-Суздальскую Русь из Галича по приглашению Юрия Долгорукого. Прибывшие мастера осуществляли разбивку планов по готовому, привезенному из Галича, "типовому проекту". 
V. Следование галичскому образцу не наблюдается в период княжения Андрея Боголюбского, из чего, можно предположить, что на Владимиро-Суздальской Руси действовала своя собственная артель мастеров, которая при разбивке планов храмов, тем не менее смело шла на заимствование целого ряда технических приемов строительства /романская техника кладки, резные декоративные орнаменты и т.д./. 
VI. В период княжения Всеволода храмы вновь строятся по "типовым" галичским размерам. По-видимому, члены артели Андрея Боголюбского были убиты во время гражданских волнений, вызванных убийством князя в 1174 году, и поэтому Всеволод был вынужден вновь вызвать мастеров из Галича. 
VII. Строителями Московской Руси также применялись меры длины, 
кратные греко-ионийскому футу. Кроме того, соблюдалось правило установки размеров нефов храма согласно его "чину". 


ПРИМЕЧАНИЯ 
1. К.Н.Афанасьев придерживается другого мнения. По его расчетам пояс Шимона равняется 1,18м, так как размеры взяты им по наружным граням стен [ 41 ]. Метрологически этот размер приравнивается К.Н. Афанасьевым 4 римским футам по 0,296 м. Этой же точки зрения придерживается и М.Ф. Мурьянов [ 42 ]. Получается, что киевская Печерская церковь построена по римским мерам, а владимиро-суздальские храмы по греческим. Такое различие в мерах сомнительно, так как это противоречит содержанию Киево-Печерского патерика. 
2. Здесь и далее размер бокового нефа рассматривается в сумме толщиной столба. 
3. Размеры взяты по материалам архива Владимирской специальной научно-реставрационной производственной мастерской. 
4. Это предложение достоверно только в, том случае, если допустить, что оси столбов и лопаток стен, как и во многих других храмах 
Владимиро-Суздальской Руси, не соответствуют друг другу. Если же предположить, что их оси совпадали, то боковые нефы, судя по материалам раскопок [ 43 ], были примерно в полтора раза меньше центрального. 
5. Терминология Н.И.Болотина, на наш взгляд, более точно отражает происхождение мер, так как не на всей территории Древней Греции 
использовались меры, основанные на футе, равном 0,31м. Убедительным доказательством этого может сложить анализ памятников афинского Акрополя, произведенный Н.И.Болотиным и В.Н.Федерякиным [ 44,45 ]. В результате этого анализа доказано, что в афинских храмах, в том числе и в 
Парфеноне, использовались меры длины, основанные на футе, равном 0,296м. 
6. Полный перенос размеров храмов из одной местности в другою 
осуществлялся не только из Галича во Владимиро-Суздальскую Руси. 
Б.А.Рыбаков приводит интересный пример полностью похожих друг на друга храмов- Успенских церквей, возведенных в Чернигове и Старой Рязани. У этих двух зданий одинаковы все размеры, одинаков план, одинаково применялось сочетание красного и желтого кирпича, одинаковы клейма на кирпичах, одинаково даже расположение крещален для новообращенных язычников [ 46 ]. 
7. В.И.Федоров предполагает, что Фиораванти осуществлял разбивку плана с помощью равновеликих ячеек, размеренных по осям стен и столбов [47]. Однако, по реконструкции К.К.Романова, получается, что внутренние размеры центральных нефов соборов 1472 и 1475 гг. полностью совпадают [48]. Это обстоятельство заставляет отнести собор Фиораванти к одному и тому же "чину", что и владимирский Успенский собор. Однако отсутствие подробной обмерной информации вынуждает нас придерживаться выводов более современного исследования В.И.Федорова. 
8. По исследованиям В.И.Федорова, московский Успенский собор 
возводился четырежды, в конце ХIII века, в 1326, 1472 и 1475 гг. Причем, 
планы соборов конца ХШ века, и 1326 года повторяли план юрьево-польского Георгиевского собора, т.е. они относились к одному и тому же 
"чину". 
9. Анализ можно расширить на материале размеров икон владимирского Успенского собора, написанных Андреем Рублевым в начале ХУ века. С минимальными погрешностями, размеры всех этих икон [49] кратны размеру греко-ионийского фута. Размеры икон "Вознесение" /1,25 х 0,92м/ и "Сретение" /1,24 х 0,92м/ соответствуют формату со сторонами 4 и 3 
фута. Размеры икон Деисусного чина: "Богоматерь" /3,13 х 1,06м/, "Иоанн 
Предтеча" /3,13 х 1,05м/,"Апостол Петр" /3,13 х 1,04м/,"Апостол Павел" 
/3,12 х 1,05]» соответствуют формату 10 х 3,5 фута, т.е. ширина этих 
икон приравнена поясу Шимона. Габариты иконы Деисусного ряда "Спас в 
силах" отличается от остальных только тем, что ее ширина /2,20м/ в два 
раза больше и равна соответственно 7 футам или 2 поясам Шимона. 

Библиография 

1 Рыбаков Б.А. Русские системы мер длины XI-ХУ веков// Советская энтография.-1949. - № I.-C. 67-91. 
2 Холостенко Н.В. Исследование руин Успенского собора Киево-Печерской лавры в 1962-1963 годах// Культура и искусство Древней Руси. -М., 1967. - С. 58-66. 
3 Там же. - С. 61. 
4 Цит. по: Воронин Н.Н. Зодчество Северо-Восточной Руси. -М.: Изд-во АН СССР, 1962. - Т. I. - С. 27. 
5 Там же. - С. 28. 
6 Там же. Т.2. - С. 19. 
7 Там же. T.I. - С. 63. 
8 Варганов А.Д. Еще раз о. Суздальском соборе// Советская археология - 1977. - № 2. - С. 249-255. 
9 Дубинин А.Ш. Из истории изучения Суздальского собора// Советская 
археология. - 1972. - № 2. - С. 139-148. 
10 Варганов А.Д. Указ. соч. - С. 252. 
11 Дубинин А.Ш. Указ. соч. - С. 141. 
12 Воронин Н.Н. Указ. соч. - Т. I. - С. 30. 
13 Там же. - С. 189. 
14 Там же. - С. 187. 
15 Там же. - С. 188. 
16 Афанасьев К.Н. Построение архитектурной формы древнерусскими 
зодчими. М.: Изд-во АН СССР, 1961. - С. 250-259. 
17 Чиняков А.Н. Архитектурный памятник времени Юрия Долгорукого// 
Архитектурное наследство. - 1952. - Вып. 2.-С.43-66. 
18 Столетов А.В. Георгиевский собор. Материалы изучения и реконструкции архитектурных форм и рельефного убранства. - Кн. I. - 1966. Архив владимирской специальной научно-реставрационной производственной мастерской. - Инв.№ 13966. - С. 34. 
19 Афанасьев К.Н. Указ. соч. - С. 147 - 150. 
20 Там же. - С. 250-259. 
21 Рыбаков Б.А. Указ. соч. - С. 81. 
22 Беляев Н.Т. О древних и нынешних русских мерах протяжения и веса// - Прага. - 1927. - С. 260. 
23 Там же. - С. 259. 
24 Болотин Н.И. Формирование и развитие мер, их значение для исследования памятников материальной культуры: Дис... д-ра архит.: 18.00.01. -Новосибирск, 1975. - С. 194-204. 
25 Shilbach E. Byzantinische metrologie. Munchen. 1970. 
26 Логвин Г.Н. Тимощук Б.А. Белокаменный храм XII века в Василеве// 
Памятники культуры. -М, 1961. - T.3. -С. 37-50. 
27 Рыбаков Б.А. Архитектурная математика древнерусских зодчих// Советская археология.- 1957.- № I. - С, 82-112. 
28 Болотин Н.И. Указ, соч.- С. 195. 
29 Топоров В.Н. О числовых моделях в архаичных текстах//Структура 
текста.- М. - I960.- С. 3-58. 
30 Бондаренко И.А.. Средства создания архитектурно-художественного 
единства в русском градостроительстве ХУI в. на примере центрального ансамбля Москвы/: Дис...канд. архит.: 18.00.01. - М., 1980.-С.82. 
31 Столетов А.В. Указ. соч. - С. 34 -41. 
32 Афанасьев К.Н. Указ. соч. - С. 254-258. 
33 Воронин Н.Н. Указ. соч. - T.I.- С. 108-109. 
34 Цит. По: Воронин Н.Н. Указ. соч. - T.I.-C. 27. 
35 Цит. По: Воронин Н.Н. Указ, соч.- Т.2.- С. 448. 
36 Федоров В.И. Успенский собор: исследование и проблемы сохранения памятника// Успенский собор московского кремля. Материалы и исследования.- М.,-1985. - С. 52-68 . 
37 Там же.- С. 59. 
38 Там же.- С. 54. 
39 Киевопечерский патерик по древним рукописям в переложении на 
современный русский язык М.Викторовой.- Киев.-1897.-С. 59. 
40 Шевелев И.Ш. Принцип пропорций. -М.: Стройиздат, 1986.- С. I23-I7I. 
41 Афанасьев К.Н. Указ. соч.-С. 202. 
42 Мурьянов M.Q. Золотой пояс Шимона// Византия. Южные славяне и Древняя Русь. - М., 1973. - С, 187 - 199. 
43 Воронин И.Н. Указ. соч. - T.I. -С. 190 - 193. 
44 Болотин Н.И. Указ. соч. - С. 82-89. 
45 Федерякин В.И. Целочисленные отношения в архитекторе Древней Греции У1-У вв. до н.э.: Дис...канд. архит.: 18.00.01.-М.,1984.-С. 92-111 
46 Рыбаков Б.А. Архитектурная математика... -С. 100-101. 
47 Федоров В.И. Указ. соч. - С. 59-60. 
48 Романов K.K. О формах московского Успенского собора 1326 и 1474 гг. // Материалы и исследования по археологии Москвы.- М. -1955.- № 44.-С. 7-19. 
49 Лазарев В.Н. Русская иконопись. От истоков до начала ХУ1 века.- М.- Искусство, 1983.-С. 365-366. 
50 Рзянин М.И. Покров на Нерли // Памятники русской архитекторы.- М.- Вып.З.-С.. 10. 
51 Казаринова В.И. Архитектора Дмитриевского собора во Владимире/ Под ред. Н.Н.Воронина.- М., 1959. -С. 4. 

 

НА СТРАНИЦУ АВТОРА

НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ САЙТА

 

 

Все материалы библиотеки охраняются авторским правом и являются интеллектуальной собственностью их авторов.

Все материалы библиотеки получены из общедоступных источников либо непосредственно от их авторов.

Размещение материалов в библиотеке является их хранением, а не перепечаткой либо воспроизведением в какой-либо иной форме.

Любое использование материалов библиотеки без ссылки на их авторов, источники и библиотеку запрещено.

Запрещено использование материалов библиотеки в коммерческих целях.

 

Учредитель и хранитель библиотеки «РусАрх»,

доктор архитектуры, профессор

Сергей Вольфгангович Заграевский